Автор Соболева Ульяна "ramzena"

Соболева Ульяна "ramzena"


Книги автора Соболева Ульяна "ramzena"

Безумие зверя (СИ)
Безумие зверя (СИ)
Страстная любовь порой может превратиться в безумие жестокости. Он не умеет прощать предательство, он не ведает жалости, даже если страстно влюблен. Он вообще не человек. В нем не стоит будить зверя. Но есть те, кто знают, как подвести его к той грани, за которой он станет палачом для единственной, которую когда-либо любил. Но страсть не проходит бесследно, ее отголоски живут под коркой льда в израненном сердце вампира, и, может быть, еще есть шанс усмирить безумие зверя. В ПРОЦЕССЕ. РЕЙТИНГ ВЫСОКИЙ. СЦЕНЫ СЕКСА, КРОВИ И НАСИЛИЯ ПРИСУТСТВУЮТ.  
Запретная зона (СИ)
Запретная зона (СИ)
Спустя полгода после описанных выше событий. Проклятого вампира ожидает Суд Высшего Совета братства. Ему уготована страшная участь. В самый неожиданный момент на суде появляется женщина-свидетель, ее лицо скрыто черной густой вуалью и сопровождает ее не кто иной, как Майкл Вудворт. В свидетельнице Николас узнает ту, ради кого пошел на страшные преступления. После показаний Марианны Николас получает свободу, но принесет ли она ему избавление? Ведь теперь Марианна принадлежит другому, и душой и телом. Кто она? Предательница, променявшая любовь на титул княгини ночи, или жертва, которая пошла на все ради любви?
Мертвая тишина
Мертвая тишина
«Парадокс, пока она спала, свернувшись калачиком, я мог сидеть возле неё часами, зажмурившись и слушая тихое дыхание. Иногда в такие моменты в голове вспыхивали эпизоды прошлого, в которых мы с ней вместе скачем наперегонки на лошадях или едем на машине на дикой скорости. Короткое мгновение, в которое я успеваю почувствовать её мягкую ладонь на своей ноге в то время, как моя нагло шарит под её платьем. Самое сложное после этих воспоминаний не думать о том, каким в них был её взгляд, как выворачивал он наружу своей абсолютной любовью вперемешку с дикой страстью. Возможно, я всё ещё до хрена чего не помнил, возможно, ритуал Курда вернул мне не все воспоминания, но я понимал одно – так на меня ещё никто и никогда не смотрел. Понимал, и тогда ножи вонзались в мою плоть с ещё большей силой и злостью. Из-за осознания, что всё это – не более чем игра с её стороны.          Но всё это длилось несколько часов и поглощалось чёрной, тягучей и вязкой ненавистью каждый раз, когда она открывала глаза. Стоило только увидеть её сиреневый взгляд и мне сносило крышу. Потому что в нём я видел одно слово, агрессивно сверкавшее подобно неоновой рекламе. Ложь. Чёрными вспышками с ядовито-красными прожилками ярости, они впиваются в тело, алчно жаждая причинить боль».